Wise Guyz: стиль жизни — рокабилли!

Текст: Мэри Лу
Фото: из личного архива Wise Guyz

«Ритм, энергия, “сырое” звучание – всё это вынуждает танцевать!»

Прошло уже ни много ни мало полвека, с тех пор, как в сердце юга США родилась музыка, в которой смешались проникновенная чувственность блюза и отчаянная веселость кантри. Нет ничего удивительного в том, что сгусток энергии под названием рокабилли, эти «белые песни с чёрным ритмом», представлявшие собой драйв в чистом виде, и сейчас захватывают умы и пленяют сердца. В конце 90-х двое харьковских ребят Крис и Юный, не устояв перед очарованием этой музыки, создали группу «Wise Guyz». После нескольких по-рокабилльному беспечных лет Юный перебрался в Киев и занялся своим проектом «Руки’В Брюки», а Крис остался верен «Wise Guyz». Сейчас у «Wise Guyz» уже более восьми лет рокабилльного стажа, и ребята не устают нести эту замечательную музыку в массы.
Мы с Кади попросили Криса вспомнить о событиях десятилетней давности, поделиться своим мнением по поводу разных рокабилльных событий и, наконец, рассказать, как сейчас идут дела у «Wise Guyz»…

Кади: Крис, скажи, почему ты Крис?
Крис: Было время, когда этот вопрос был под номером один, и мне одна девочка говорит: «Давай тебя как-то назовем». А на тот момент у меня любимая группа была «Cannibal Corpse», как ни странно. Да, мне самому смешно (смеется). Там был вокалист Крис Барнс. «О, – говорит, – имя Крис тебе подходит, будешь Крисом». Ну, не вопрос, нормально. Потом уже, когда я стал рокабилльным чуваком, я придумал другую штучку: лучшая кличка для кота (англ. «cat» – парень, чувак – прим.авт.) – это то слово, в котором есть все буквы из слова «кис». А в имени Крис есть эти три буквы плюс еще такой звук – ррррр… (улыбается).

Мэри Лу: Какие рокабилльные киногерои и музыканты вдохновляли тебя, когда ты только начинал играть рокабилли?
Крис: Тогда это был, наверное, Джонни Депп, который играл в «Плаксе», и Дэвид Аркетт, который играл в «Гонщиках». Именно фильмы вдохновили меня на эту музыку и культуру. Мне понравился сам ее дух и сама сущность. Я ее чувствую и понимаю. А из музыкантов мне очень нравится Джин Винсент, Карл Перкинс, Эдди Кокрэн, ранний Элвис, многие современные группы. Я не отрекаюсь и от чернокожих исполнителей, которые пели «ду-уоп» (музыкальное направление, которое выросло из джаза и госпел и основано на акапелльном исполнении композиций — прим. авт.). У Литтл Ричарда и Чака Берри есть вещи, которые мне нравятся. Музыки просто нереальное количество. Для меня всё это – как одно большое целое. Нельзя любить, например, только левую часть коктебельского берега, потому что правая тоже неплохая, а грязь прибивается и к левой, и к правой, и куда угодно. Везде есть и плюсы, и минусы.

Кади: Крис, твой первый рокабилльный опыт?
Крис: Дома, наверное, как и у других подростков – в одиночестве, с гитарой.
Мэри Лу: Какая у тебя была первая гитара?
Крис: Черниговская. Лет в 13-14. А первая гитара, с которой я выступал – Musima Classic.
Мэри Лу: На какой играешь сейчас? Я помню твой красный Ibanez…
Крис: Да, я с ним всегда. Собираюсь себе взять Epiphone, который подражает Gibson’у. Хочу себе новую гитару, короче, но не Gretsch.
Мэри Лу: Почему не Gretsch? Очень рокабилльная гитара.
Крис: Gibson тоже. На Gibson’е играл Скотти Мур, гитарист Элвиса – вполне рокабилльный гитарист. Ещё очень много рокабилльных гитар, которые могут на первый взгляд показаться обывателю «нерокабилльными» – такие как Telecaster’ы. Они выглядят, как простая электрогитара – без эф (такие штучки в форме буквы «ф», как на скрипке или контрабасе). Но это тоже рокабилльные гитары. Главное – как ты играешь. Конечно, звучание тоже очень важно – важно, какая у тебя примочка, какой комбик. Почему не Gretsch?.. Ну, не знаю.
Мэри Лу: После «Stray Cats» многие думают, что Gretsch– это для рокабилли оптимальный вариант.
Крис: Я тоже считаю, что Gretsch – это рокабилли, только не после Stray Cats, а после Эдди Кокрэна. Но благодаря Сетцеру всем стало известно, что Кокрэн играл на Gretsch’е, я с этим не спорю. У Кокрана, кстати, один «звукач» стоял от Gibson’a. Вот я хочу себе Gibson, только копию эпифоновской фирмы. Gibson стоит дорого, а Epiphone дешевле чуть ли не в три раза! Но они очень похожи.

Мэри Лу: Крис, расскажи о тех, кто сейчас с тобой играет. Знаю, что состав «Wise Guyz» существенно поменялся…
Крис: Да, но это произошло уже давненько. Со мной играет Рома Зейналов, контрабасист группы «Rockin’ Ham», которая временно на каникулах. Сейчас он выступает с «Wise Guyz», «Freno De Pedales» и «Tomato Juice».
Барабанщик Шнур играет попутно в харьковских группах «Kids in Love» и «Море Снів». Мы с ним играли ещё в «Юный и Забеяки». Потом этот расклад развалился, и какое-то время мы просто иногда виделись, но вместе не играли. В 2007 году на Рождество у нас был концерт в Питере, посвященный дню рождения Элвиса. На контрабасе играл Ребел, а на барабанах был очень смешной Оззи (смеется). Но этот концерт прошёл очень напряженно для Оззи. Он в первый раз был на рокабилльной сцене, и зритель в Питере слегка его испугал – тем, что они все встали в рядочек и смотрели на нас, как будто бы принимали экзамен. Приехав домой, Оззи сказал, что он не сможет играть с нами, и я решил взять Шнура. Играли потом какое-то время в таком составе: Шнур, Ребел и я. Ну, а потом появился Рома и Ребел откололся.
Ещё с нами Александр, «алюминиевый саксофон» города Симферополя (улыбается). В Симфере есть такое место – «Cotton Club», где зависают разные необычные люди, и там мы с ним пересеклись в первый раз, если не ошибаюсь. Саня какое-то время играл с «Rockin’ Ham» на саксофоне. Потом с ними произошли какие-то метаморфозы (они «приморозили» свою деятельность, но думаю, они ещё зазвучат). В общем, когда они развалились, мы играли втроем – я, Рома и Шнур. Мы с Ромой любим jive. Это такая, особенная музыка с присутствием саксофона и фоно. Фоно нам негде было найти, а саксофонист вот был. Мы подумали, посовещались и позвонили ему – выдернули его в Коктебель, и так он потихонечку стал с нами играть. Пока были в Коктебеле выучили какую-то маломальскую программу. После приезда в Харьков мы её добрали – появились новые песни или старые в jive стиле. Теперь наша программа просто делится на две части – одна более джайвовая, вторая более рокабилльная, то есть, одна с саксом, другая без.
Иногда на концерты приходит Оззи – как болельщик, либо может выйти, подпеть что-нибудь или похлопать. В ритм, я имею в виду (улыбается).

Мэри Лу: Расскажи немного о ваших поездках в Крым. Вы ведь часто туда ездите?
Крис: Да! Я езжу в Крым с 15 лет каждое лето. Мы там играем и отдыхаем – веселимся, знакомимся, не только с тусовщиками, но и с людьми, которые могут в дальнейшем помочь нам в нашем творческом развитии. Проводим, в общем, время с пользой.
Мэри Лу: Если вы едете куда-нибудь на концерт, то везете с собой аппаратуру, может быть звукорежиссера, или просто – упаковали чемоданы, контрабас в багажное отделение и поехали?
Крис: Скорее второе. Просто инструменты, костюмы и массу позитива. Аппаратуру мы не возим.

Мэри Лу: Вы несколько раз записывались, верно?
Крис: Да, всегда хотелось иметь свои записи. Мы начали записываться, когда стали играть с Пашей, c барабанщиком из «Shakin’ Guts». У нас тогда было трио – я, Юный и Паша. Записали три песни на студии в Харькове. Писались после этого разными составами в Симферополе и в Ровно – как «Wise Guyz», как «Rockin’ Guys» (был такой проект в 2006 году), как «Забеяки». Но это были любительские записи, просто опыт работы в студии. В данный момент работаем над новой записью. Если всё получится, будет альбом или даже два (один – рокабилльный, один – джайвовый), которые будут отвечать стандартам тех, кто знает, что такое звучание 50-х. Если нам повезет, они будут расходиться среди людей, которым интересно наше творчество. Но в первую очередь хочется, чтобы то, что ты делаешь, нравилось тебе самому. Это ещё одна штука, которая отличает рокабилли от попсы. Ты делаешь это не для толпы, а, прежде всего, для себя. И если тебе не нравится, то тебе по большому счету все равно, нравится ли это кому-то или нет. А если тебе нравится, то тебе, в общем-то, тоже все равно.
Мэри Лу: Собственные песни у «Wise Guyz» есть?
Крис: Да, мы играем на концертах процентов 85 своих песен.

Мэри Лу: Ты вращаешься в рокабилльных кругах. Скажи, насколько сейчас рокабилли популярно у нас.
Крис: Может рокабилли как-то и светилось, когда на пике популярности были тарантиновские фильмы вроде «Pulp Fiction», но сейчас я бы вообще это не назвал популярностью.
Мэри Лу: То есть, эта музыка сегодня коммерческий интерес не представляет?
Крис: Тем, кто задумывается о том, стоит играть рокабилли или не стоит с целью заработать денег, я сразу хочу посоветовать этим не заниматься. Потому что если вы будете преследовать такую цель, то у вас ничего не получится. А если вы будете играть рокабилли с тем, чтобы жить этим, болеть этим, хотеть этого всегда, независимо от того, какой у вас гонорар, то в конечном итоге у вас все-таки получится зарабатывать на этом. Иногда могут помочь корпоративы. Раньше я думал, что это что-то ужасное – как играть на свадьбе. Но, поиграв побольше на корпоративах, я понял, что это исключительно зависит от коллектива. Если та организация, которая делает частную вечеринку, между собой дружна, тогда некоторые корпоративы получаются даже лучше, чем концерты. Все веселятся, гуляют, танцуют, и разницы особой нет между корпоративом и концертом, разве что во внешнем виде зрителей. А если коллектив не сплоченный, тогда все сидят и «втыкают», смотрят на тебя, как на какого-нибудь зверька… Под рокабилли «втыкать» нельзя. Ну, в каком-то смысле может и можно, но это должно быть приятное «втыкание».

Мэри Лу: Возьмем, к примеру, Mad Heads – они начинали с рокабилли, но сейчас в их творчестве и ска, и регги, и сайкобилли, даже элементы украинской музыки. Как ты относишься к таким экспериментам на основе рокабилли?
Крис: На самом деле, каждый коллектив волен делать то, что ему хочется, и если он выбирает себе именно такой путь, значит так надо – кому-то или зачем-то. Я не против такого, но я это не слушаю. Это хорошо тем, что может привлечь кого-нибудь со стороны, как в свое время «Мистер Твистер» очень многих привлекли к рокабилли.
Мэри Лу: Тебе нравятся такие стили, как сайкобилли, неорокабилли или ты приверженец чистого, «непримоченного» звучания раннего рокабилли?
Крис: Мне нравится сайко «old school», я когда-то слушал и даже играл эту музыку. Но то, что касается звучания – да, мне больше нравится «fifties», в том числе и современные банды, которые играют в стиле «fifties». Есть такие банды, как «Sharks» или «The Living End» – их музыку можно назвать и нео, и сайко. По большому счету мне вообще наплевать, как это называется. Мне главное, чтобы в этом был дух, который захватывает, который, заставляет быть вечно молодым. Ты слушаешь и понимаешь, что обязан смотреть на жизнь весело, причем смотреть не сквозь розовые очки, а реально, но весело. Мне ещё нравится джаз и сёрф. Ска мне не нравится, регги тоже. Но это личные вкусы каждого.

Мэри Лу: Помнится, был когда-то рокабилльный фестиваль в Киеве. Там выступали среди прочих «Wise Guyz» и «Мистер Твистер». А после этого фестиваля «Мистер Твистер» дали концерт в Харькове. Было такое?
Крис: Да, было. Этот фестиваль устраивал Саня Тварына. Благодарю его за это, потому что он реально поднимает эту культуру. Он её несет в массы, причем грамотно. Честно говоря, не очень понимаю присутствие украинизма во всех этих делах (так называемое «украбилли» – прим. авт.), но сильно на это внимание не обращаю. Просто рокабилли, 50-е и даже сайко – это все аполитично. Хотя Кокрэн и пел, что он слишком молод, чтобы голосовать, хотя хотелось бы (Крис имеет ввиду строчку из «Summertime Blues»: «Well I called my congressman, and he said, quote, “I’d like to help you son, but you’re too young to vote”» – прим. авт.), в политику особо никто не лезет. Но я не против, пускай так. Главное – не терять изначальной формы, не забывать, что такое рокабилли, в принципе.
Кади: А как с этим в России? «Русскобилли» там есть?
Крис: В России такого нет. Там есть просто рокабилли и сайко.

Мэри Лу: Сохраняют ли неанглоязычные тексты первоначальный драйв рокабилли?
Крис: Это исключительно индивидуально. У некоторых это получается, у некоторых нет. Иногда даже как-то прикольно – ты не только слушаешь музыку, но и ещё понимаешь, о чем там поется. Песня приобретает окраску – это конечно плюс. Но у меня не получается сочинять на русском – не идут слова. Я больше чувствую рокабилли с английским. Ведь эта музыка родилась в Америке, и естественно там был не русский, не украинский язык, а английский. Это родной язык рокабилли.
Кади: Мне всегда было интересно, где ты учил английский?
Крис: В школе, а потом дома. Накачал из Интернета кучу текстов песен и слушал их, следил глазами за текстом. Я понимал, что как произносится, и это мне помогает петь, не слишком чеканя слова, не выговаривая их дотошно. Со временем я начал понимать уже без бумажек, о чем поется. Но в основном я отключаю мозги и не вникаю в смысл. Припев какой-нибудь: (поет) She’s my ba-a-aby – это, конечно, понятно. А что происходит в куплете я могу понять, только когда на этом сосредоточусь. Сначала для меня текст имел мало значения. Вокал был как ещё один инструмент. Немного «подвыросши», поумнев, можно так сказать, я понял, что на самом деле в тексте тоже есть много прикольного, но самое главное – не делать всю ставку на текст.
Кади: Мое мнение – в рокабилли настолько простые слова: я тебя люблю, я тебя хочу…
Крис: В основном да, но не всегда. Бывают реальные шедевры. Юный интересно поет. Есть ещё группа «Rancho Deluxe» – у них тексты прикольные. Причем фишка в том, что они говорят простыми словами о непростых вещах, и мне это очень нравится – когда нет мудреных слов, которые в обычной жизни никто не произносит, Бывает так, что когда уже поют припев, ты еще думаешь, что же было сказано в куплете. Зачем же так напрягаться? Рокабилли – музыка свободная, легкая, ненапряжная. И точно такое должно быть изложение в тексте – он должен легко ложиться на музыку и то же время быть понятным. Если хотите чего-то умного, почитайте философов каких-нибудь… Я, кстати, не люблю читать. Читаю только, что написано в меню (все смеются) и литературу о своей любимой культуре. Иногда на сайты захожу что-то почитать.
Кади: А «Рокабилли симпозиум» ты читаешь? Вот Юный постоянно читает, между прочим, и отписывается!
Крис: К сожалению, очень редко. Я очень благодарен таким интервью, как сейчас, которые дают людям понять, что я не потерялся. У меня просто дома нет Интернета, поэтому я редко появляюсь на обсуждениях чего-либо.

Мэри Лу: С Юным видитесь? Играете вместе?
Крис: Мы с Юным пересекаемся периодически в Киеве или в Харькове. Можем поджемовать – либо на нашем концерте, либо на его, либо на нашем общем. Вот в прошлый раз, когда он был в Харькове в Агате 17-го, я захотел поучаствовать в этом всем. Юный говорит, мол, не вопрос. Ну, я и сыграл песенку одну. Но это так – исключительно дружеские джемы. А общих проектов у нас с ним сейчас нет.

Мэри Лу: У «Wise Guyz» 17-го февраля был день рождения, верно?
Крис: Ну, эта информация таинственная, расплывчатая и не очень четкая. На самом деле, у нас день рождения с 17-го по 20-е. Это было в 2000 году. 17-го – день рождения Ромы Абашидзе (если кто не знает, это гитарист группы «Shakin’ Guts» – харьковская рокабилльная группа), но это была среда или четверг, и всё отмечалось в ближайшую субботу в «Бомбе» (есть такой клуб байкерский в Харькове, раньше там часто тусовались рокабилльные люди). Мы берем примерно – от 17-го до 20-го. Так даже веселее, напоминает Новый год – отмечается несколько дней подряд. Тогда в «Бомбе» играли «Shakin’ Guts». Мы вышли, сыграли песен семь-восемь, отрепетировав их за две недели до этого.
Кади: Страшно было выходить?
Крис: Не знаю, делилось все на 50. За какое-то время до того я всем прожужжал уши про то, что мы собираем группу, мы будем играть! И мне этого очень хотелось – наконец-то уже сыграть, не говорить об этом, а делать это. Конечно, я волновался, но любое волнение прошло после второго куплета. Меня расслабило, и я почувствовал какой-то полет – почувствовал, что буду с этим и в этом навсегда. Это мое настолько, что просто не унять. Я ничем другим больше не буду заниматься – не хочу, не умею, не буду учиться… Только так и никак иначе. Сцена меня реально притянула – это ощущение плеча, музыкантов рядом, ощущение того, что их качает то же, что и тебя, покрикивания какие-то из зала, пританцовывания… Все эти штуки – они меня захватили, и я понял, что рожден для этого.
Cейчас я уже понимаю, что нас просто поддерживали – молодежь вышла, волнуется, и нужно всем показать, что они нужны. Была пара-тройка людей, которые искренне хлопали, и кричали ура, но в основном вся толпа проявляла патриотизм к молодежи, к детям, которые стали играть эту музыку, и мудро давала понять, что вот мы похлопаем, они поймут, что это нужно и будут развиваться. Ну и спасибо им за это. Если б я сейчас услышал себя, я бы может быть тоже хлопал чисто из-за того, чтобы чуваки увидели, что они занимаются правильным делом – мол, делайте это дальше, развивайтесь, учитесь, работайте над ошибками. Но в любом случае, все были на положительных эмоциях, и даже если им не очень нравилось качество того, что мы делаем, то им нравилось то, что мы это делаем.
Я понимал, что на самом деле не все так замечательно. Мы в то время только и делали, что репетировали, постоянно играли, и я за три года может быть два или три раза был доволен тем, что у нас получилось на концертах. В то время после концертов я был недоволен, злой, начинал рассказывать, кто и где ошибся…
Кади: А сейчас доволен?
Крис: Ну, процентов на 75 доволен. Просто со временем понимаешь всякие такие нюансы, когда на самом деле все зависит не только от твоего умения, но и ещё и от твоего комфорта и удобства на сцене. Если звук плохой, то тебе тяжело полюбить то, что ты делаешь, потому что оно плохо звучит. А если звук хороший, то тебе самому хочется делать что-то хорошее. Есть ещё какие-то понятия – типа артист должен независимо от того, что у него болят зубы улыбаться. Но рокабилльный музыкант – это и артист, и в то же время «билли» – простак, свой чувак, такой, без особых «выделочек». Если эти «выделочки» есть, то они могут быть в танцах, каких-нибудь выкрутасах, фишках. Это прикольно, потому что идет от души. Играешь, тебе подходит что-то такое к горлу, и хочется что-нибудь учудить – залезть на барабан или на контрабас, подергать ногами… Ну, тебя просто распирает! Это как у маленьких детей – включишь трехгодовалому Элвиса, и он начинает беситься. Я понимаю, что это может выглядеть так, будто делается на публику, но у меня это все как-то обоюдно. Исключительно для публики я никуда не полезу. Рокабилли – разгильдяйская штука, но в меру.

Мэри Лу: Как ты себе представляешь «Wise Guyz», скажем, лет через пять?
Крис: Я знаю точно, что там буду играть я. Рокабилли для меня – это вся жизнь. Может быть мы, кстати, будем по-другому называться. Стало известно, что есть уже группы с названием «Wise Guys». Когда мы узнали об этом в первый раз, мы поменяли последнюю букву «s» на «z». Но потом оказалось, что есть группа и с буквой «z» на конце. Скоро придет время выпускать наш альбом, регистрировать его – естественно, под каким-то названием. Могут возникнуть вопросы со стороны этих групп. Я даже, честно говоря, теряюсь…
Кади: Есть какие-то варианты?
Крис: Есть один такой несерьезный вариант – «Chris-Bird Trio» (все смеются). Но, видите, это вызывает смех в основном у нас на постсовковом просторе. В Европе, например, это было бы вполне в тему. В общем, не знаю, как мы будем называться. Если у кого-то есть какие-то мысли по этому поводу, пишите и звоните.

Как Крис не может представить свою жизнь без рокабилли, так и сегодняшняя украинская рокабилльная тусовка (а харьковская и подавно!) вряд ли осталась бы такой же яркой, не будь Криса с его «Wise Guyz», пропагандирующего классический рокабилли без привкуса современности. Мне впервые случилось общаться с Крисом лично, но до этого я много раз видела его харизму и энергию в действии на сцене и должна признаться, что умение говорить красивыми словами о красивых идеях и вещах – лишь одно из его достоинств. Пока такие парни, как Крис, с блестящей самоотдачей трудятся на благо рокабилльного фронта, Джин и Эдди могут спать спокойно – рокабилли в надежных руках!

Мэри Лу

~ от opkina на Март 11, 2008.